Братство - Москва

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Братство - Москва » Наша история » Инновационный подъём в России: уроки прошлого


Инновационный подъём в России: уроки прошлого

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Пытаясь создать национальную инновационную систему, Россия принимает на себя роль ученицы: активно исследует и использует опыт промышленно развитых стран — США, Франции, Германии. И будто забывает про собственный опыт. Между тем в нашей стране организационные проекты по интенсификации экономики успешно осуществлялись ещё в начале прошлого века, когда ни одно из названных государств даже не ставило перед собой подобных масштабных задач.

Про КЕПС не упоминается в учебниках по менеджменту. Однако именно деятельность Комиссии по изучению естественных производительных сил России (собственно, так расшифровывается эта аббревиатура) заложила устойчивый фундамент развития экономики страны на много лет вперёд.

Несмотря на то, что, согласно данным статистики, годы перед Первой мировой войной были периодом экономического подъёма Российской империи, необходимость перестройки экономики страны на тот момент крайне назрела, если не сказать перезрела.

Во многих отраслях российской промышленности доминировали западные инвесторы, ориентированные на проведение экспансии собственных разработок, ввоз своих технологий, а не на независимое развитие российских исследований, разработок и экспертизы. Генерал А. Малиновский, ответственный за снабжение российской армии в Первую мировую войну, писал о том, что курс на закупку и копирование зарубежных инноваций привёл к тому, что «Германия, обеспечивающая военными технологиями весь мир, включая Россию, получила от нас приличные инвестиции на развитие собственной милитаристической базы». Он отмечал, что только после того, как было затрачено 300 миллионов рублей на закупки импортных автомобилей для армии (тогда наряду с авиацией, химией, радио и оптикой автомобили, безусловно, относились к сфере хай-тек), чиновники всерьёз задумались об организации собственного автопроизводства.

Химик Владимир Марковников, анализируя статистику внешней торговли в 1914 году, обнаружил, что «национальная индустрия способна производить только самые примитивные химические продукты, остальное приходится импортировать». Владимир Вернадский уточнял, что «лишь 31 из 61 необходимого экономике химического элемента добывается и производится в России». Оказалось, что в России нет даже данных о стратегическом сырье — свинце, вольфраме, молибдене, сере, селитре и т. д., не говоря уже о возможностях быстрого налаживания производства. Даже такая «традиционная» сфера, как производство текстиля, оказалась полностью зависимой от импортных поставок синтетических красок и соды.

Историк Ольга Елина пишет, что не только «оружие, боеприпасы, машины, всевозможные химические продукты, но и даже такие на первый взгляд абсолютно „русские“ товары, как пенька, сноповязальный шпагат и мешковина, закупались на Западе». Кроме того, с началом войны Россия осталась без минеральных удобрений, оптических стёкол, измерительных приборов.
Владимир Вернадский, инициатор создания КЕПС

Очень выразительно охарактеризовал сложившееся состояние академик Андрей Фаминцын: «Россия нежится в настоящее время в опасности [выделено авт.]. Злой сосед всеми мерами старается помешать её строительству. Обязанность каждого учреждения — принесть посильную лепту на помощь нашему Отечеству. Требуется, в первую очередь, обеспечение нашей доблестной армии питательными продуктами, тёплой одеждой и снарядами; требуется помощь беженцам. Не менее важная задача — устранение нашей вопиющей экономической отсталости. Необходимо для этого немедленно приступить к систематизированной регистрации имеющихся сведений о производительных силах России, природных её богатств с тем, чтобы сделать возможным по изгнании врага из пределов нашего Отечества приступить к их разработке».

Эту функцию взяла на себя сформированная в начале 1915 года Комиссия по изучению естественных производительных сил России. КЕПС сыграла ведущую роль в решении задачи импортозамещения в снабжении российской армии. В частности, для её нужд в стране было налажено производство оптических стёкол, различных измерительных приборов, электротехнической аппаратуры и других видов оснащения.

2

Однако по-настоящему миссию, выполненную КЕПС, можно оценить по таким, к примеру, проектам первой трети ХХ века, как разработка плана ГОЭЛРО (начата ещё до революции 1917 года), а также химизация сельского хозяйства (производство минеральных удобрений). В реализации этих проектов принимали самое непосредственное участие эксперты КЕПС, а её опосредованное влияние можно проследить во всех крупнейших проектах, осуществлённых в СССР.

Действенность потенциала комиссии обусловило то, что на момент её создания в России сформировался корпус учёных и инженеров разных специальностей, возможности которых «не вмещались» в сложившуюся схему экономического устройства. Созидательные настроения разделяли и многие чиновники и промышленники. Однако чтобы эти настроения «кристаллизовались» в деятельную организационную структуру, способную заниматься столь масштабными проектами, необходимо было «ядро». Именно КЕПС взяла на себя инициативные, организаторские и координационные функции по крупным исследованиям, привлекая к участию в них ведущих специалистов различных учреждений.

С инициативой по созданию КЕПС выступил Владимир Вернадский, не только выдающийся разносторонний учёный и мыслитель, но и видный общественный деятель. (Достаточно сказать, что ещё в 1905 году Вернадский был одним из авторов проекта конституции, подготовленного Партией конституционных демократов.) То, что проект КЕПС сразу «пошёл», — несомненная заслуга Вернадского, который стал её первым и бессменным председателем.

Кроме Владимира Вернадского, деятельность комиссии определяли такие фигуры, как академики Николай Андрусов, князь Борис Голицын, Александр Карпинский, Николай Курнаков, Франц Левинсон-Лессинг, Александр Ферсман. В первоначальный состав КЕПС вошли 109 человек. Среди них — академики, профессора Петроградского и Московского университетов, члены различных научных обществ, сотрудники министерств и ведомств. Организационная структура комиссии менялась в зависимости от расширения видов её деятельности. Со временем росло число штатных научных сотрудников, возникали новые отделы и филиалы в различных городах страны. Однако комиссия не превращалась в замкнутый научный институт. Для Академии наук КЕПС стала инкубатором и питомником новых научных направлений.

В первый год своего существования КЕПС организовала составление сводок по отдельным видам производительных сил страны, издала «Материалы для изучения производительных сил России» и отчёты о составе производительных сил в регионах. В 1916—1917 годах были проведены полевые работы по изучению полезных ископаемых (тихвинских бокситов, бора, йода и серы на Таманском полуострове и др.). Следует отметить, что до 1918 года все руководители и научные сотрудники комиссии не получали за свой труд никакого вознаграждения, кроме небольшого авторского гонорара за опубликованные материалы.

После Октябрьской революции деятельность КЕПС не только не прекратилась, но, наоборот, расширилась и стала приобретать всё более комплексный характер. Помимо активного участия в разработке плана ГОЭЛРО, КЕПС инициировала начало освоения Курской магнитной аномалии, Кузнецкого бассейна, тихвинских бокситовых пород, мирабилита в заливе Кара-Богаз-Гол, солей калия в предгорьях Урала, месторождений нефти в Поволжье, залежей апатитонефелиновых пород Кольского полуострова, что привело к открытию мощных медно-никелевых месторождений. В год проводилось 40—50 экспедиций.

Учёные, работавшие в комиссии, изучали строение атома, металлы платиновой группы, свойства горных пород, возможности использования сапропеля и керамического сырья, рентгено- и радиологии, биогеохимии, и всюду добивались фундаментальных результатов. Вот только некоторые из них: эволюционная теория происхождения минералов (Владимира Вернадского), теория происхождения нефти, классификация её залежей и закономерности распределения (Ивана Губкина), химия комплексных соединений (Николая Курнакова), научные методы поиска полезных ископаемых, в том числе геохимический (Александра Ферсмана) и картографический (Александра Карпинского), исследования процессов оледенения и вечной мерзлоты (Владимира Обручева), методы комплексного использования минерального сырья и топлива (авторы: Николай Курнаков, Александр Ферсман, Иван Бардин, Глеб Кржижановский и другие).

По личному указанию Владимира Ленина стали регулярно издаваться основные труды комиссии. То, что сам вождь их читал, нашло отражение в его статьях «Набросок плана научно-технических работ» и «Очередные задачи Советской власти».

Деятельность КЕПС закончилась в 1930 году, когда был создан Совет по изучению производительных сил (СОПС).

Чем ценен опыт организации и работы Комиссии по изучению естественных производительных сил России для нашего времени и, в частности, для создания национальной инновационной системы?

Прежде всего важен опыт реализации крупномасштабных организационных проектов, в ходе которой нередко ставилась задача обеспечения действенного функционирования целостного механизма национальной экономики. Тут значимо изучение создания плана выполняемых работ, структурно-организационных решений и взаимодействия между организациями разной ведомственной принадлежности.

Не менее важно понимание тех человеческих моментов, которые обусловили успех проекта: готовность к работе всего исследовательско-инженерного корпуса, наличие авторитетных лидеров и поддержка чиновников и промышленников.

Изучая этот исторический опыт, необходимо понимать и отличия, которые определяют реалии настоящего времени. В первую очередь то, что масштабы экономики начала ХХ века допускали возможность достаточно прямых управленческих действий, реализуемых административными методами.

Источник.


Вы здесь » Братство - Москва » Наша история » Инновационный подъём в России: уроки прошлого